Главная \ Различные интересы \ Геополитика и война \ Геополитика и теория \ Геополитика и теория \ 2 «Новый миропорядок»: «великая перезагрузка» или «глобальный концерт»?

«Новый миропорядок»: «великая перезагрузка» или «глобальный концерт»?

0
3
2 «Новый миропорядок»: «великая перезагрузка» или «глобальный концерт»?
Новый миропорядок
Оппозиция России и Китая глобализму
   К реализации ЦУР, то есть к 2030 г., непосредственно привязан упомянутый план «великой перезагрузки» К. Шваба. С методологической точки зрения «великая перезагрузка» как концепция соединяет «sustainable development» с цифровизацией. И именно здесь следует искать ответ на вопрос, почему Римский клуб в своё время, увязав глобальную проблематику с «защитой окружающей среды», соединил её с экономическим и социальным фактором, дотянувшись от них к «большой политике».
   В центр всех теоретических построений, связанных с «великой перезагрузкой», поставлен альянс трёх сил, «ответственных» за продвижение глобальных перемен, - правительственного фактора, бизнеса и гражданского общества. В это сочетание, однако, закладывается своеобразие трактовки и смысла. На уровне ООН бизнес объединяется Глобальным договором, смысл которого заключается в том, чтобы подписать банки и корпорации развивающихся стран под определённые условия, выдвинутые на уровне развитых стран и тесно интегрированные с «sustainable development».
   Что касается «глобального гражданского общества», то оно также понимается специфически – как совокупность его организованной верхушки, представленной НКО и НПО. Все официальные документы, связанные с «sustainable development», как внутри ООН, так и за её пределами, апеллируют именно к ним, невзирая на очевидность их зависимости не от гражданского общества как такового, а от внешних сил, заинтересованных во вполне определённой направленности их деятельности. При этом отношения между бизнесом и НКО и правительствами, как они видятся глобалистам, характеризуются показательной цитатой из ооновского доклада «Наше глобальное соседство».
   «Управление и сотрудничество есть совокупность многих способов, с помощью которых отдельные лица и организации, как государственные, так и частные, ведут свои общие дела. Это непрерывный процесс сглаживания противоречих интересов, их различий в целях осуществления совместных действий. Такой процесс включает всю систему правления и официальные институты, призванные обеспечивать уступчивость, согласие и существующие неофициальные договорённости между отдельными лицами и организациями, которые отвечают их интересам» [9].
   То есть роль государств – обеспечивать не безопасность, а частные интересы определённых групп. Между тем, «неофициальные договорённости», «отвечающие интересам» «отдельных лиц и организаций», в жизни именуются мафиозными сделками. Включение же в них «официальных институтов» считается коррупцией. Здесь же речь идёт о «большой политике» – процессе, «охватывающем всю систему правления» (авторство доклада, подготовленного по поручению ООН, принадлежит И. Карлcсону – бывшему премьер-министру Швеции, вице-президенту Социнтерна).
   Как объяснить этот казус? «Отдельные лица и организации» – это не что иное, как эвфемизм глобальной олигархии. Иначе говоря, государства включены в «альянс» с бизнесом и НКО не равноправными партнёрами и тем более не держателями трендов глобализации, а объектом, который в рамках данного партнёрства призван передать прерогативы и полномочия этим новым субъектам – бизнесу и НКО. А в их лице – тем, кто за ними стоит и направляет их деятельность.
   В русле именно этой логики и сформирован представленный общественности в ноябре 2020 г. Совет по инклюзивному капитализму при Ватикане, объявивший себя «штабом глобального движения». Это побуждает относиться к совету как к глобальной партии, точнее, её ЦК. Соответствующая иерархия включает четыре ступени. На высшей, находится папа-иезуит Франциск.
   Второй «этаж» сверху принадлежит олигархам, персонифицированным показательной фигурой Линн де Ротшильд. В списке «guardians», которых у нас именуют «стражами», но на деле более адекватные варианты перевода - «хранители» или даже «блюстители», ведущая роль принадлежит крупным бизнесменам и представителям НКО («неформальному сектору»), но напрочь отсутствует представительство государственных интересов.
   В сумме это своеобразное политбюро. Ниже, на третьем («srewards») и четвёртом («allies») уровнях – «цековцы» весом поменьше. Очень чётко просматривается, что в числе в общей сложности 69-ти «guardians», «srewards» и «allies» нет ни одного представителя России и Китая. Альянс без русских и китайцев – это альянс против русских и китайцев, железный закон глобальной политики.
   И ещё один важнейший нюанс, на котором, хозяева проекта стараются не фокусировать внимания. Среди организаций-членов «инклюзивного» совета фигурирует некая JLens, которая сама о себе сообщает следующее:
   «JLens, основанная в 2012 году, — это сеть инвесторов, которая изучает еврейский взгляд на импакт-инвестирование и служит мостом между еврейской общиной и сферами социально-ответственного инвестирования (SRI) и корпоративной социальной ответственности (CSR). Импакт-инвестирование — это новый термин для обозначения старой концепции: ценности, этика и миссия распространяются на инвестиционные решения. Однако в последние годы эта область превратилась в глобальное движение, основанное на ценностях, создав захватывающий новый форум для применения еврейской мудрости.
   JLens наблюдает за внедрением еврейских ценностей для защиты интересов еврейских общин, как в пропагандистские усилия, так и в стратегию формирования портфеля в примерно трёхстах самых влиятельных корпорациях в США.
   …JLens также проводит еврейский саммит по импакт-инвестированию вслед за Ватиканом, который собирает управляющих еврейского общинного капитала, чтобы вместе учиться и продвигать еврейское лидерство на арене импакт-инвестирования. Компания JLens трижды представляла еврейскую общину в Ватикане, в последний раз на саммите по религиям и ЦУР в 2019 году» [10] (выделено нами).
   Итак, альянс католицизма с иудаизмом, оформленный в первой половине 60-х годов Вторым Ватиканским собором, продвигается иезуитами в направлении контроля еврейских капиталов над ключевыми американскими корпорациями, и думается, что не только американскими. Насколько вероятно, что это и есть смысл и конечная цель всей деятельности папского совета и, следовательно, всего проекта «великой перезагрузки»? И в какой мере этот вопрос является риторическим, ибо ответ на него вполне очевиден?
   Ну, а цифровизация – это в данной схеме не цель и тем более не маршрут технологического совершенствования, а инструмент технократической монополизации контроля над человечеством для придания ему с помощью искусственного интеллекта всеобъемлющего, тотального характера.
   Официальный срок к 2030 г., на который рассчитан проект «великой перезагрузки», объясняется именно сроками выполнения ЦУР, однако в неформальном плане признается, что всё дело в быстром укреплении Китая, развитие которого к 2030 г. обеспечит его победу в стратегической конкуренции с Западом. Сопряжение стратегических проектов Китая («Пояс и путь») и России (ЕАЭС) в известной мере выводит из зависимости от программных установок глобализма и нашу страну.
   Показательно: самостоятельность России и Китая, продемонстрированная апрельским климатическим саммитом, является продолжением позиции заявленной обеими странами в феврале, в выступлениях президента Путина и председателя Си на «виртуальном Давосе». Тогда эти выступления прозвучали диссонансом по отношению к остальным; при этом они настолько близко совпадали по смыслу, что было понятно: два текста координировались по дипломатическим каналам с тем, чтобы заявить общность взглядов Москвы и Пекина на мировую проблематику.
 
Две ипостаси современного глобализма
   Появление весной т.г. рядом с «великой перезагрузкой» нового концепта «глобального концерта», апеллирующего к опыту Венского конгресса (1814-1815 гг.) и миропорядка, установленного по итогам Наполеоновских войн, очень показательно тем, что в нем нет ни слова о «sustainable development». Отмечая ослабление Запада, подкреплённое наступлением «недемократий», под которыми ясно подразумеваются Москва и Пекин, президент CFR Р. Хаас констатирует, что либеральный миропорядок «демократий» оказался неспособным обеспечить глобальную стабильность. Не хватает ни материальных, ни духовных ресурсов.
   Поэтому он предлагает Западу смириться, признать равноправие оппонентов и пригласить их к его укреплению, сформировав пул из шести держав первого порядка с особой ответственностью за судьбы мира. В список включены Китай, ЕС, Индия, Япония, Россия и США.. Ещё четыре международных организации планируется наделить постпредствами при штаб-квартире организации: Африканский союз (АС), ЛАГ, АСЕАН и ОАГ.
   Объединение предлагается без официально оформленного членства, некий «круглый стол» для согласования интересов во избежание чрезмерной напряжённости. Хаас видит «концерт» консультативным органом, достигнутые договорённости, воплощённые в «рекомендациях», будут проводиться в жизнь официальными институтами. При этом «великую перезагрузку» никто не отменяет и не опровергает, её как бы просто отодвигают, понимая невозможность реализации прямо сейчас.
   Создаётся впечатление, что «концерт» - никакая не альтернатива, а подготовительный период, связанный с уводом основного сценария (и раздражителя) с авансцены под сень маскировочной сетки. И как только «концерт» решит поставленные перед ним отвлекающие задачи, всё в глобализме, включая «sustainable development», вернётся на круги своя. Почему?
   Во-первых, звучащая у Хааса критика в адрес ООН однозначно указывает на подкоп предлагаемой «концертной шестёрки» под существующую систему во главе с Советом Безопасности. Если добавить к этому обещание Байдена собрать «форум демократий» без России и Китая, то получается, что нашим двум странам на «шестёрке» предложат повестку «демофорума», которая будет рассматриваться приоритетной по отношению к повестке ООН.
   Отказ включает систему «коллективной изоляции ревизионистов», которую Хаас специально оговаривает. И главное: центральная роль ООН, которую отстаивают Москва и Пекин, на этом окажется завершённой. Девальвация ООН в рамках «концерта» необходима для продвижения «великой перезагрузки». Попутно авторы проекта пытаются решить и ещё одну задачу:
подменить предлагаемой «шестёркой» инициированную Путиным встречу лидеров пятёрки постоянных членов Совете Безопасности.
   Во-вторых, если центр мировых событий явочным порядком перетаскивается в «шестёрку», то кардинальным образом меняется расстановка сил в мире. В Совбезе ООН расклад три на два в пользу Запада, но с правом вето, что обнуляет это минимальное большинство; в «шестёрке» он будет уже четыре на два и без права вето, то есть большинство определяет принимаемые решения.
   Плюс к этому многочисленность «голоса» ЕС, в составе которого два постоянных члена Совета Безопасности – США и Франция - и вдобавок к ним ещё один – Британия, а также Германия. При этом Запад прикроется амбициями Германии, Японии и Индии, которые рвутся в Совбез и примется их подогревать. Не говоря уж о том, что в рамках «шестёрки» Западом станет культивироваться противопоставление Китаю Индии, которое подрывает ШОС и БРИКС, нанося тем самым ущерб интересам и России.
   В-третьих, приоритетами «концерта» провозглашаются поддержка существующих границ и силовое подавление самоопределения, а также поиск коллективных ответов на глобальные вызовы. Но принятие этих положений перечёркивает Устав ООН, которому они противоречат. Кроме того, надо понимать, что СССР уже распался, а на Западе эта же тенденция одновременно только начинает пока себя проявлять (Шотландия, Каталония и т.д.).
   В этих условиях принудительный статус-кво фиксирует необратимость распада России, а Запад, наоборот, от этого уберегается. Таким образом, «концерт» нужен для того, чтобы НАТО и дальше, прикрываясь переговорами, расширялась за счёт бывших союзных республик. А также, добавим, чтобы прикрыть видимостью «законности» посягательства США на суверенитет Китая, вплоть до развязывания войны за Тайвань.
   В-четвертых, пресловутый «концерт» и в XIX в. не избавил нашу страну от сепаратных альянсов Запада. Кульминацией этих процессов стали Крымская война, а также Опиумные войны в Китае. Так происходило потому, что консенсус «концерта» ограничивался Западом и был направлен против Востока. То же самое предлагается сейчас. Хаас раздувает тему «инаковости» Востока и одновременно эту инаковость отрицает.
   Наконец, в-пятых. Для размещения штаб-квартиры «концерта» предложены два адреса, наделённые вполне конкретными историческими параллелями и современным смыслом. Это Женева и Сингапур, тесно связанные с олигархическим кланом Ротшильдов. И именно здесь, как будто «по Фрейду», связь проектов «глобального концерта» и «великой перезагрузки» визуально просматривается на символическом уровне.
   Исходя из этого, можно вывести условную формулу вынужденного разделения единого глобалистского проекта на две фазы. «Концерт» равен «перезагрузке» за вычетом «sustainable development». С этой помощью авторы проекта надеются «умиротворить» Китай и Россию, не допустив их совместного движения по пути, заявленном на ВЭФ и климатическом саммите.
 
Выводы
Первое.
   Появление проектов «великой перезагрузки» и « глобального концерта» указывает на попытки активизировать глобализационные процессы, направленные на завершение истории и остановку развития. Предполагается поэтапное закрепление сегрегации homo sapiens на два разных подвида. Высший, элитарный слой, ограниченный несколькими сотнями аристократических и олигархических семей и представителей науки, добивается значительного продления физического существования. Численность «низшего» слоя радикально сокращается с помощью серии кризисов, эпидемий, войн и т.д.
   Глобализация рассматривается инструментом эрозии и обрушения государств и атомизации идентичностей с последующей «сборкой» этих обломков на корпоративной основе в новую общность путём всеобщей экономической интеграции. Моделью этих процессов считается разделение мира поверх границ на «глобальный город» - систему связанных современными коммуникациями мегаполисов-агломераций и «глобальную деревню» - территорию между ними, погруженную в хаос и архаику. По мере распространения сегрегации, между «городом» и «деревней» углубляются противоречия, ведущие к возникновению и эскалации конфликта.
 
Второе.
   Идеологией и методом управляемых глобальных перемен в указанном направлении служит концепция «sustainable development» («устойчивое развитие»), формирующая тренд остановки развития с помощью ограничения промышленного прогресса, маскируемого под борьбу с загрязнением окружающей среды и климатическими изменениями. Кроме этого применяется сокрытие прорывных технологий и концентрация контроля над природными ресурсами и рождаемостью.
   В центр практической реализации установок «sustainable development» поставлены Цели устойчивого развития (2015–2030 гг.), представляющие собой вторую редакцию Целей развития тысячелетия (2000-2015 гг.). «Цели» представляют собой конспективное изложение «Повесток дня» на XXI в. и до 2030 г. («Agenda-XXI», «Agenda-2030»).
   Для контроля над этими процессами активно используются специализированные программы, учреждения и фонды ООН. Управление со стороны Секретариата ООН дублируется специальными институтами «sustainable development» - конференциями ООН по окружающей среде и развитию и всемирными саммитами ООН по Целям развития. Те и другие связаны между собой абсолютизацией экологической безопасности, заложенной в фундамент «sustainable development».
 
Третье.
   В настоящее время основной вызов указанной системе глобального управления исходит от быстрого сближения России и Китая. С его помощью в Евразии формируется совокупный потенциал, уравновешивающий военно-политическую и экономическую мощь коллективного Запада; идеологическую основу для него составляет альтернативный взгляд Москвы и Пекина на «sustainable development» и глобальное управление в целом.
   Для его продвижения нашими странами используется буквальное толкование документов и целей «sustainable development», которое переводит их в плоскость интересов большинства человечества, прежде всего развивающихся стран, укрепления государственных суверенитетов, всеобщего, честного и равноправного участия в глобальном управлении.
 
Четвёртое.
   Позиция России и Китая коренным образом не устраивает «хозяев» проекта «sustainable development», которые для преодоления российско-китайского «ревизионизма» своим планам приступили к формированию глобальных институтов высшего порядка. Первым из таких институтов, появившимся в рамках практической реализации проекта «великой перезагрузки», стал Совет по инклюзивному капитализму при Ватикане.
   В структуре совета объединены интересы олигархии и прикормленной ею верхушки НКО-НПО, направленные на подрыв государств и суверенитетов в пользу глобального «коллективного суверенитета». Постановка в центр сформированной советом иерархической организационной конструкции римского понтифика указывает на то, что совет наделяется экуменическими смыслами деятельности, вытекающими из заключённого в 60-х гг. прошлого века альянса Римско-католической церкви с основными центрами мирового иудаизма.
   Для прямого преодоления оппозиции России и Китая проекту «великой перезагрузки», исполнительным органом которой служит Совет по инклюзивному капитализму, у западных элит не хватает потенциала. Это вызывает к жизни паллиативные решения, к которым относится упомянутый проект «глобального концерта», маскирующий свою принадлежность к глобализму притворным игнорированием «sustainable development». Тактическая сторона данного «зигзага» связана с попыткой вовлечения Москвы и Пекина с ослаблением центральной роли ООН; стратегически речь, безусловно, идёт о том, что «концерт» представляет собой начальную фазу «перезагрузки».
 
Пятое.
   Важнейшим и безальтернативным условием эффективного противодействия глобалистским планам остаётся всемерное укрепление российско-китайского стратегического партнёрства с возможным, при необходимости, переоформлением его в плоскость полноценного политического и даже военного союза. Основаниями служат укрепляющийся сплав военного потенциала РФ и экономической мощи КНР, скреплённый во многом общей технологической базой.
   Важнейшая роль принадлежит отличной от Запада системе ценностей России и Китая. Проекция этих преимуществ на современную фазу развития человечества позволяет рассчитывать на остановку и поражение глобализма в конкуренции с противостоящей ему системой национально-государственных суверенитетов, которая и составляет основное содержание переживаемого миром исторического момента.
 
ИСТОЧНИКИ И ЛИТЕРАТУРА:
[1] См. подр.: Павленко В.Б. Германский бундестаг в русле «эпидемического» сценария Фонда Рокфеллера // https://regnum.ru/
[2] Haass R., Kupchan Ch. The New Concert of Powers. How to Prevent Catastrophe and Promote Stability in a Multipolar World // https://www.foreignaffairs.com/
[3] Экуменическая хартия // http://www.ortho-hetero.ru/
[4] Римский клуб. История создания, избранные доклады и выступления, официальные материалы / Под ред. Д. М. Гвишиани, А. И. Колчина, Е. В. Нетесовой, А. А. Сейтова. - М., 1997. С. 33.
[6] См. https://rg.ru/
[7] Наше глобальное соседство. Доклад КГУС – М., 1996. С. 86-87, 89, 229-230.
[8] Документ ООН A/59/565. С. 40, 44, 74-75, 86-87 // https://undocs.org/
[9] Наше глобальное соседство. Доклад Комиссии по глобальному управлению и сотрудничеству - М., 1996. С. 19.
 
1  2
Источник: https://russtrat.ru/
 
Публикации, размещаемые на сайте, отражают личную точку зрения авторов.
dostoinstvo2017.ru
Ваш дом
НАШИ ТЕХНОЛОГИИ ДЛЯ ВАШЕГО КОМФОРТНОГО ДОМА!
Название
Опрос
Главная страница
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru