Главная \ Различные интересы \ Геополитика и война \ Геополитика и теория \ Миллиарды в земле: гонка за урожаем редкоземельных запасов Северной Кореи

Миллиарды в земле: гонка за урожаем редкоземельных запасов Северной Кореи

0
3
Миллиарды в земле: гонка за урожаем редкоземельных запасов Северной Кореи

 

Ким на полигоне
   При рассмотрении современной геополитики часто вопросы энергетики и связанными с ними ресурсами являются ключевыми в борьбе за влияние между мировыми державами, поскольку энергия может стимулировать или усиливать силы, лежащие в основе. Сегодня привлекательность традиционной разведки нефти теряет основу, с появлением новых источников энергии и технологий, часто производимых «Редкими Землями» и содержащимися в них элементами.
   КНДР может иметь высокую концентрацию редкоземельных элементов, но, учитывая, что она является страной затворницей, она еще не разрабатывала эти ресурсы, что может нарушить нынешний глобальный порядок. Подобно тому, как «холодная война» расколола мир по идеологическим линиям, эта новая борьба за ресурсы создаст раскол между теми, кто имеет доступ к ресурсам редких металлов, и теми, кто этого не имеет. Поскольку целые отрасли промышленности основаны на нескольких редких металлах, перебои с их поставками могут иметь глубокие глобальные последствия, в то же время, предоставляя некоторым странам огромные рычаги воздействия.
   Erbium, Thulium, Cerium, Samarium, Lithium… это некоторые из элементов, под маркой «редкоземельные». Многие из технологических достижений, что были реализованы за последние несколько десятилетий, имеют элементы, производные из семнадцати элементов периодической таблицы.
   Немаловажно, что редкоземельные элементы также являются необходимым компонентом для военной промышленности. «Neodymium» используется для производства бомб, лазеров, радаров и гидролокаторов, «Dysprosium» для систем наведения ракет и видеосистем, а «Terbium» используется для электрической механизации. Соединенные Штаты обладают третьим самым большим в мире резервным запасом, в Калифорнии находится шахта редкоземельных элементов Mountain Pass. Эта шахта была ведущим мировым производителем до 1980-х годов, когда Китай вышел на рынок элементов и создал почти глобальную монополию. Главным факторами при этом поглощении рынка были доступность дешевой рабочей силы и отсутствие заботы об окружающей среде и об условиях труда. В настоящее время, по оценкам, Китай контролирует более 95 процентов мирового производства редкоземельных минералов, а также около пятидесяти пяти миллионов тонн в месторождениях.
   Недавний анализ показывает, Северная Корея может обладать самым большим в мире месторождением редкоземельных элементов. Эти месторождения в настоящее время не могут быть использованы из-за отсутствия значительного спроса и ограничивающих санкций - страна отрезана от внешних рынков и еще не имеет общество, основанное на массовом потреблении. Сегодняшние новые проекты, нуждающиеся в более квалифицированной инфраструктуре, увеличивают затраты запуска проектов, создают более высокие эксплуатационные затраты и приводят к производству более дорогих металлов - инвестиции Северная Корея не может себе позволить.
   На участке Jongju в Северной Корее находится почти 216,2 млн. тонн редкоземельных оксидов, что вдвое превышает известные мировые запасы. В денежном выражении, если эти цифры точны, Южная Корея оценивает стоимость минеральных ресурсов своего северокорейского соседа в $2800 миллиардов. Для сравнения, ВВП Южной Кореи в 2017 году составил около $1530,75 трлн. Согласно отчету Korea Resources Corporation (KORES), в Северной Корее может храниться огромное количество магнезита (шесть миллиардов тонн), графита (два миллиарда тонн), железной руды (пять миллиардов тонн) и вольфрам (250 000 тонн). Страна может стать ключевым игроком в индустрии редкоземельных элементов, поскольку спрос на смартфоны, полупроводники и связанны с ними изделия, на пике. Пхеньян заявил, что может разрабатывать свыше двадцати миллионов тонн этих семнадцати элементов, причем потенциальным покупателем будет Китай. Редкоземельная металлургия также необходима для систем вооружения США, России и Китая. Терминалу системы высотной противовоздушной обороны США (THAAD) требуются редкоземельные элементы, как и для российских систем противоракетной обороны S-400 и S-500.
   Кажется, ничто не способно разблокировать разработку недр Северной Кореи для внешних целей, кроме как посредством возможных международных соглашений, отмены режима санкций или, в крайнем случае, военной интервенцией. Эти элементы дают новое понимание геополитической ситуации, которая окружает Северную Корею.
   В то время как Китай отдаляется от своего бывшего союзника, резко сокращая импорт угля из Северной Кореи из-за «несовместимости с новыми стандартами по борьбе с загрязнением», Россия, с другой стороны, в большей степени присматривается к ресурсам редкоземельных элементов страны. Южнокорейские компании также могут рассмотреть возможность заключения новых экономических соглашений для разработки этих ресурсов.
   В течение 1990-х и 2000-х годов огромный энергетический потенциал Северной Кореи подтолкнул несколько южнокорейских конгломератов, в том числе KORES, инвестировать в горнодобывающие проекты на Севере и рассмотреть вопрос о создании инфраструктуры для облегчения эксплуатации редкоземельных элементов. Режим Kim не имеет ни финансовых средств, ни технических знаний, необходимых для самостоятельной разработки в горнодобывающей промышленности относительно своей собственности. KORES проанализировало, что Пхеньян уже подписал в общей сложности сорок инвестиционных соглашений с иностранными юридическими лицами - 90 процентов с Китаем, несмотря на продолжающийся режим санкций.
Несколько южнокорейских чиновников были встревожены интересом Пекина. По мнению южнокорейского парламентария Park Young-sun, «Правительство должно действовать быстро, потому что Китай уже добился в Северной Корее закрепления многих минеральных ресурсов. Если Южная Корея сможет импортировать минеральные ресурсы из Северной Кореи, она сможет стабильно использовать их в течение нескольких десятилетий». Поскольку президент Южной Кореи Moon Jae-in и лидер Северной Кореи Kim Jong-un возобновили переговоры, власти Южной Кореи открыто говорят о дальнейшем расширение проекта железнодорожной инфраструктуры Север-Юг. КНДР может оказаться на грани интеграции в обширную инфраструктурную сеть поставок через Metal Silk Road - стратегическое партнерство между Россией и Китаем, инвестирующее одновременно в железные дороги, трубопроводы и порты, аналогичные китайским, похожие особые экономические зоны Северной и Южной Кореи (СЭЗ), которые представляет собой географически разграниченную территорию, на которую распространяются уникальные правила и администрация принимающей страны, в которой она находится, с целью привлечения прямых иностранных экономических инвестиций, которые иначе не могли бы быть получены. Четыре конкретных региона в Северной Корее можно считать национальными приоритетами - Rason, Unjong, Wonsan и Sinuiju. Эти зоны, с разнообразным функциональным предназначением и внешне якобы дружественными правилами, сигнализируют о готовности режима Kim изучить варианты экономической политики. Хотя режим Kim может продвигать особые экономические зоны как ключевой фрагмент своей стратегии экономического развития, еще предстоит пройти долгий путь, чтобы, в конечном счете, сделать эти зоны успешными.
   Первые санкции ООН против Северной Кореи датируются 1993 годом, и они были контрпродуктивными, поскольку они оказывали давление на Пхеньян, дополнительно пытаясь шантажировать мир его ядерным оружием и испытанием ракет. Сегодня Северная Корея выбрала предсказуемую стратегию сдерживания, увеличивает свои ракетные испытания, именно, для демонстрации своей решимости, а также своей обороноспособности в международной обстановке, которую они считают недружелюбной.
   Одним из выходов из этого кризиса могла бы стать потенциальная возможность фактического признания статуса ядерной державы Северной Кореи, аналогичного Индии, Пакистана или Израиля, которая получила ядерное оружие без международного одобрения. Этот вариант был бы признанием провала политики нераспространения, но мог бы сломать тупик, который подталкивает Пхеньян к дальнейшему продвижению своей ядерной программы и ракетных угроз. Соглашение 1994 года уже породило много ожиданий и надежд на выход из кризиса: Северная Корея должна была отказаться от своей ядерной программы в обмен на энергетическую помощь от Южной Кореи, Японии, России и Соединенных Штатов, которые взяли на себя обязательства по строительству в Северной Корее двух атомных электростанций на лёгкой воде. Это соглашение провалилось из-за отсутствия обязательств от различных заинтересованных сторон.
   Не будет преувеличением считать, что «Искусство деловых переговоров» также применимо к редкоземельным элементам. Если Вашингтон не серьезно относится к редкоземельным ресурсам Северной Кореи, то победителем снова может стать Пекин. Москва также может извлечь выгоду из потерь Вашингтона, учитывая, что Китаю нужен постоянный доступ к энергоресурсам в России и Центральной Азии, а также к передовым военным технологиям России. Попытки Китая приобрести энергоносители представляют собой серьезную проблему для американской политики. Поэтому загадка может вращаться вокруг того, кто предлагает наилучшую отдачу от вложений, только не в реальную недвижимость, но в довольно редкие металлы, со способным Kim Jong-un, возможно получит огромное состояние. Может ли Китай противостоять возможному соглашению США? Будет ли другой саммит открывать второй шанс?
 
Patricia Schouker - аналитик по энергетике и безопасности, размещается в Вашингтоне, округ Колумбия. Она является нерезидентом колледжа школы шахт при институте Payne и ассоциированным членом нового колледжа Оксфордского университета. Twitter: @Patricia_Energy
 
Изображение: Reuters
 
Публикации, размещаемые на сайте, отражают личную точку зрения авторов.
dostoinstvo2017.ru
Ваш дом
НАШИ ТЕХНОЛОГИИ ДЛЯ ВАШЕГО КОМФОРТНОГО ДОМА!
Название
Опрос
Главная страница
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru