Главная \ Различные интересы \ Геополитика и война \ Геополитика и теория \ Российский Военно-Морской Флот стоит перед сложным решением

Российский Военно-Морской Флот стоит перед сложным решением

0
0
Российский Военно-Морской Флот стоит перед сложным решением
Российский корабль
   Со времени трагедии с подводной лодкой «Курск» в 2000 году, ВМФ России почти непрерывно добивался успехов. Это была тяжелая работа, восстановления своего подводного мастерства, создания достаточно эффективных тихих атомных подводных лодок нового поколения (также SSBN, и SSGN), в то же время это дополняет довольно мощный фактор дизельных подводных лодок. Бесспорно демонстрируя новые источники в своих действиях, российский флот выводил в море больше кораблей за более длительный период. Это достижение было лишь слегка омрачено, в конце 2016 года, не особенно славным походом Адмирала Кузнецова в Средиземное море.
   Тем не менее, в целом российский флот обеспечил Кремлю надежную боевую и устрашающую силу во многих недавних малых войнах вдоль нестабильного юго-западного фланга России, от Грузии до Украины и Сирии. В частности, российский военно-морской флот продемонстрировал свою достаточно большую дальность в Сирии, применив стабильный огневой вал по наземным целям крылатыми ракетами морского базирования «Калибр» с различных морских платформ, включая подводные лодки. В то время как российская береговая охрана была основным участником кризиса в ноябре 2018 года в Керченском проливе, внушительный Черноморский флот России гарантировал, что военные контрмеры НАТО в этом морском районе останутся, неприятными в общих чертах. Затем происходят серьёзные военно-морские усилия по поддержке нового акцента России в Арктике, в том числе нового ледокола ВМФ «Илья Муромец», который сейчас находится на постоянной службе. Наконец, российский военно-морской флот также внес свой вклад в список нового «супероружия» с революционным «Посейдоном» - атомный беспилотный подводный аппарат (БПЛА), который может доставить термоядерную боеголовку к порту противника, тем самым минуя противоракетную оборону.
   Несомненно, президент Владимир Путин продемонстрировал определенные симпатии к российскому флоту. Но на самом деле среди российских военно-морских стратегов возможно существенное беспокойство, показательна публикация [на нашем сайте] в начале апреля небольшой неподписанной русскоязычной статьи в военном журнале Military Review [Военное обозрение]. Этот довольно подробный анализ фокусируется на надводном флоте, тем не менее, подразумевается, что силы находятся в значительном беспорядке. Зная, что российские оборонные расходы составляют менее 10% от общих оборонных расходов НАТО, для российских стратегов было бы вполне разумно просто потребовать больше ресурсов для удовлетворения потребностей. В действительности автором используется не этот подход и это ясно из названия статьи: «Деньги для флота были. Даже были потрачены, впустую. [Деньги на флот были. Их даже потратили]». То, что эта острая русскоязычная статья не была подписана, частично может быть объяснено тем, что она не подвергает прямой критике подхода Кремля к военно-морской стратегии.
   В статье приводится одна наглядная картина, а в краткой подписи к ней поясняется, что на ней изображен морской пирс в Кронштадтской военно-морской базе под Санкт-Петербургом. Проблема, легко заметная на фотографии, четко резюмирует весь анализ. На ней шесть корветов и легкие фрегаты. Из этих шести кораблей «ни один из военных кораблей не совпадает» [Ни одного одинакового корабля], и большей частью они совершенно не схожи. Таким образом, автор порицает систему, которая не в состоянии должным образом оценить стратегические задачи флота и слишком склонна тратить ресурсы адмиралтейства на рискованные проекты, для удовлетворения жадных и узколобых директоров верфей. В результате страдают обе эффективности экономическая и боевая. Автор указывает пальцем на «коррупцию», а также «недостаточное образование высшего военно-политического руководства [Безграмотность высшего военно-Политического руководства]».
   Анализ не совсем пессимистичен относительно надводного флота России. Автор восхваляет фрегат типа 11356 «Адмирал Григорович» (закончены три единицы) как «крайне необходимый шаг для флота», чтобы «предоставил некоторые разновидности для сил Черноморскому флоту [позволило иметь хоть какие-то силы на черноморском флоте]». Фрегат еще одного класса, тип 22350 «класс Адмирал Горшков» (один завершён и три в сборке), также расценивается как обладающий «высокой боевой ценностью». Аналогично, корвет класса «Стерегущий», тип 20380 (шесть завершенных и четыре в сборке) заслуживает похвалы, и автор даже предлагает значительно увеличить производство этого судна.
   С другой стороны, он утверждает, что несколько других надводных проектов ВМС привели к крупным неудачам. Так, проект 20386 он называет существенным «ущербом» для государства и предполагает «скорее всего, [он] никогда не будет построен». Автор, пожалуй, жесток к типу 23361 корвет класса Буян (семь единиц завершено и пять в сборке). Отметив, что они достаточно эффективны в качестве ракетных платформ, он осуждает то, что они построены только для одной цели и не подходят для значительных морских миссий. Кроме того, объясняется, что этим судам не хватает ПВО и средств противолодочной обороны. «Даже самая шумная и старая подводная лодка может потопить их [этот корвет] в значительном количестве [даже самая ветхая и древняя подводная лодка может потопить их в таком количестве]. Аналогично может быть фатальной, «встреча с вертолетом, вооруженным противокорабельной ракетой [встреча с вертолетом, вооруженным ПКР для этого корабля, также смертельна]». Здесь автор делает интересное наблюдение, что решение Вашингтона выйти из Договора о ядерных силах средней дальности (РСМД) также изменило значение этого корвета, так как «скоро крылатые ракеты будут установлены на автомобильных рамах [скоро крылатые ракеты можно будет ставить на автомобильные шасси]».
   После «грандиозного фиаско», описанного в предыдущем абзаце, следующий легкий фрегат типа 22800 класса «Каракурт» (один закончен, один на испытаниях, девять в сборке и по контракту еще семь), как говорят, находится в несколько лучшем состоянии. Сообщается, что это судно обладает лучшими морскими качествами, но также подвергается аналогичной критике за полное отсутствие противолодочных вооружений (ASW). Автор утверждает, что ценность этого судна также снижается в результате прекращения действия соглашения INF. Однако самая большая претензия к этой конкретной программе заключается в том, что «непонятно, [но] дизельных двигателей [движков] не будут с учетом необходимого количества [неясно дизелей в нужном количестве .... не предоставят]».
   Отмечая, что практически по всем перечисленным выше судостроительным программам имеются «неточные данные [нет точных данных] о расходах», он заключает, что на разработку малых надводных кораблей для ВМФ России потрачено более полумиллиарда рублей с весьма неоднозначными результатами. Сделанный анализ не предлагает подобного обзора российских подводных программ, но автор приберегает часть своей самой горькой критики для много обсуждаемой ядерной системы Судного дня UUV Посейдона (Статус-6). Здесь он выражает недовольство, что на программу уже потрачено эквивалентно миллиарду долларов США, но «пока нет ни одного рабочего прототипа торпеды [что ни одной работоспособной торпеды ещё нет]». В конце эссе этот автор, кажется, прямо нацеливается на российского президента, когда предполагает, что вместо сбалансированного флота российское Адмиралтейство застряло с «картинками и мультфильмами мега-торпед, по-видимому, самыми дорогими картинами и мультфильмами в мире [картинки и мультфильмы с ядерной мегаторпедой, по всей видимости, самые дорогие картинки и мультфильмы в мире]».
   В заключение анализа, автор предлагает жесткое изображение: «мы наблюдаем дикий разлад и шатания, метания от проекта к проекту и вечное использование бюджета алчными начальниками судостроительной промышленности, в результате чего, вместо некоторого флота, у страны есть группа непонятных судов, построенных для неопределенных задач [мы наблюдаем дикие разброд и шатания, метания от проекта к проекту и бесконечные освоения бюджетов жадными командирами судопрома, в результате, которых вместо хоть какого-то флота страна имеет скопище непонятно каких кораблей, построенных для непонятно каких задач]». Возможно, автор мог бы лучше относиться к малому надводному флоту России, если бы он сравнил его с американской программой прибрежных боевых кораблей, которая также столкнулась с многочисленными проблемами. Образец для Вашингтона и для Москвы, Пекин имеет особенно успешную и, по-видимому, эффективную программу, осуществляемую параллельную для фрегатов (Тип 054), и корветов (тип 056), и Китай выглядит пожинающим эти стратегические выгоды.
   Для западных читателей это краткое изложение из довольно откровенного Российского военно-морского анализа, безусловно, подразумевает, что российские военные расширяют этот костяк, для защиты своих существующих обязательств обороны. Очевидный акцент на небольших, надводных комбатантах (недостаток более крупных надводных кораблей) подразумевает оборонительную стратегическую ориентацию, которая идет в разрез большой шумихи относительно неминуемой «российской угрозы». Это окно в военно-промышленный комплекс России означает, что российские стратеги обеспокоены и стремятся подготовить адекватную военную поддержку. Некоторые западные плановые органы могут набраться отваги при наблюдении потеющего «противника», но напряженный противник в ядерном веке не обязательно хорошая вещь, а гонка вооружений, как правило, проигрышное предложение. Безусловно, всем нам (включая Россию) будет значительно лучше, если напряженность в Восточной Европе постепенно снизится.
   Неподписанный российский военно-морской анализ демонстрирует острые моменты напряжения в московской программе военно-морского развития. Осуждая коррупцию и расточительство, этот инсайдерский критский анализ адресован непосредственно Кремлю.
 
   Lyle J. Goldstein-профессор-исследователь в Китайском институте морских исследований военно-морского колледжа США в Ньюпорте, штат Мичиган. Помимо китайского, он также говорит по-русски, а также он является помощником в новом Русском Институте морских исследований в военно-морском колледже.
Мнения в его колонках полностью его собственные и не отражают официальных оценок ВМС США или любого другого агентства правительства США.
 
Изображение: Reuters.
dostoinstvo2017.ru
Ваш дом
НАШИ ТЕХНОЛОГИИ ДЛЯ ВАШЕГО КОМФОРТНОГО ДОМА!
Название
Опрос
Главная страница
Яндекс.Метрика Рейтинг@Mail.ru