Дата публикации: 06.06.2026
0
26
Дональд Трамп и Биньямин Нетаниягу в Овальном кабинете Белого дома. Фото: Evan Vucci/AP
Колонка Гершона Когана о размолвке между союзниками, кто от неё выигрывает и что нам не показали
31 мая 2026 года израильские войска захватили одну из самых символичных и стратегически важных высот южного Ливана — крепость Бофор, построенную крестоносцами около 900 лет назад. Это самая глубокая наземная операция ЦАХАЛ в Ливане за последние 26 лет, с момента ухода из «зоны безопасности» в 2000 году. Флаг Израиля над древними стенами, возвышающимися на 300-метровом утёсе над рекой Литани, стал мощным визуальным и военным сигналом.
Нетаниягу назвал это «драматическим сдвигом». Следом последовали угрозы ударов по Дахии — южному пригороду Бейрута, цитадели «Хезбаллы». Иран отреагировал жёстко и предсказуемо: переговоры с США по ядерной программе, Ормузскому проливу и региональному урегулированию приостановлены. «Перемирие на всех фронтах, включая Ливан. Нарушение на одном — нарушение везде», — заявил министр иностранных дел Аббас Аракчи.
А потом раздался звонок.
Размолвка между союзниками?
По данным Axios, Дональд Трамп взорвался на Биньямина Нетаниягу в одном из самых жёстких разговоров за всё время их отношений:
«What the fuck are you doing?! Ты чёртов сумасшедший! Если бы не я, ты бы уже сидел в тюрьме. Я спасаю твою задницу, а теперь все ненавидят Израиль!»
Скандал? Глубокий кризис в американо-израильских отношениях? Или тщательно срежиссированный политический спектакль, в котором каждый участник получил свой выигрыш — кроме тех, кого в расчёт не брали?
На следующий день Трамп рассказал, что разговор был «очень продуктивным», и заявил, что удары по Бейруту отменены. Нетаниягу ответил сдержанно, но по-деловому: операции на юге Ливана продолжаются «как запланировано», а по Бейруту ударят только в случае продолжения атак «Хезбаллы».
Флаг над Бофором остался. Реальные территориальные приобретения — тоже. Удары по Бейруту — лишь отложены. Чтобы понять, что произошло на самом деле, нужно разобрать историю по слоям — от древних камней Бофора до закулисных игр Вашингтона, Тегерана и Иерусалима.
Версия для новостей
Официальная история выглядит красиво и понятно. Израиль зашёл слишком далеко. Союзник одёрнул союзника. Здравый смысл победил.
С марта 2026 года Израиль методично расширяет военную операцию в Ливане. Официальная цель — уничтожить остатки инфраструктуры «Хезбаллы» к югу от реки Литани. В конце мая [2026] темп резко вырос: новые районы, новые удары, Бофор. Израильский министр обороны Кац выступает на церемонии памяти павших в ливанской войне 1982 года и объявляет, что «флаг снова реет над высотами, смотрящими на Галилею». Нетаниягу говорит о «драматическом переломе».
Следующий шаг — удары по Бейруту. Конкретно по Дахии, южному пригороду, где сосредоточена инфраструктура «Хезбаллы». Израиль объявляет об эвакуации. Жители бегут. Весь Ближний Восток ждёт.
В Тегеране не медлят. Министр иностранных дел Аракчи выходит с заявлением: перемирие «безусловно распространяется на все фронты, включая Ливан». Переговоры приостановлены.
Трамп звонит Нетаниягу и, как утверждается, громко кричит. Израильский премьер соглашается не наносить запланированные удары. Трамп выходит в соцсеть и объявляет победу дипломатии. Франция требует экстренного заседания Совбеза ООН. Мировые СМИ фиксируют: американо-израильский кризис, Трамп давит на Нетаниягу, Нетаниягу уступает.
Красивая, чётко выстроенная история. С героем, злодеем и развязкой. Именно поэтому стоит присмотреться к ней внимательнее.
Что происходило на самом деле
-
Слой первый: ситуация «на земле»
Начнём с географии, потому что география не лжёт.
Бофор — это не просто средневековый замок с красивым видом. Крепость стоит на хребте, с которого просматриваются все ключевые районы юга Ливана: Набатия, западная долина Бекаа, Голанские высоты, северная Галилея. Израиль держал Бофор почти 20 лет — с 1982 по 2000 год. Уйдя, оставил его «Хезбалле». Теперь вернулся.
После звонка Трампа флаг над Бофором никуда не делся. Операция на юге Ливана продолжается. Нетаниягу сказал об этом прямо: ЦАХАЛ будет действовать «как запланировано» на юге. Никто не потребовал отступления. Никто не настаивал на возврате к линии Литани.
Уступка была только одна: отложить удары по Бейруту. Не отменить — отложить.
-
Слой второй: уступка, которой не было
Теперь зададим простой вопрос: а был ли Израиль реально готов войти в Бейрут?
Оккупировать Бейрут — это не то же самое, что взять под контроль Бофор. Это миллионный город; его взятие — политическое самоубийство на международной арене и логистический кошмар. К тому же у Израиля есть учебник — называется «Ливанская война 1982 года». Израиль вошёл в Бейрут, завяз на 18 лет и вышел без победы. Этот опыт в израильском военном командовании не забыт.
Речь шла об ударах с воздуха по Дахии — не о наземной операции в городе. Израиль регулярно бьёт по Дахии с 2006 года. Разница лишь в том, что в этот раз удары были объявлены заранее и публично — что само по себе нетипично и уже выглядит как инструмент давления, а не как реальная боевая операция.
Нетаниягу «отказался» от того, что, скорее всего, и не планировал делать именно сейчас. А взамен получил то, что ему было нужно — прикрытие для продолжения операции на юге.
-
Слой третий: зачем слили детали звонка
Утечка о содержании разговора вышла немедленно — до того, как стороны согласовали версии. Слила американская сторона. Три источника, по данным Axios.
Это не случайная утечка. Это управляемый сигнал. Причём Трамп, вместо того чтобы отрицать детали, подтвердил их в интервью подкасту Pod Force One — и тут же публично поддержал Нетаниягу. Такое поведение не противоречие: это классическое доминирование с улыбкой. Кнут — и пряник. Все видели удар — все видели поддержку.
Кому адресован этот сигнал? У него три адресата.
-
Это иранские переговорщики: смотрите, я уже укоротил Израиль, возвращайтесь за стол.
-
Это американская аудитория: я жёсткий и даже на союзников готов давить ради мира.
-
Наконец, это сам Нетаниягу: ты у меня на крючке, я это только что публично зафиксировал.
«Если бы не я, ты бы уже сидел в тюрьме» — это не оговорка в запале. Это публичное предъявление счета — с подтверждением на следующий день.
Израильский премьер выслушал Трампа, промолчал и сохранил всё, что взял: флаг над Бофором, операцию на юге, угрозу вернуться к Бейруту «если что». Из реальных потерь — один новостной цикл репутационного шума.
Иранская ловушка
Впрочем, здесь скрывается самый важный сдвиг — и именно он остался почти незамеченным.
Иран сознательно и публично увязал ядерные переговоры с ситуацией в Ливане. США традиционно стремились разделить треки: ядерное оружие и Ормузский пролив — отдельно, прокси-войны с участием «Хезбаллы» — отдельно. Тегеран эту схему сломал. И Трамп пошёл на это, потому что большая сделка с Ираном для него сейчас важнее, чем полная свобода действий Израиля в Ливане.
Иран, который де-юре не имеет никакого формального права вето на действия Израиля против «Хезбаллы», де-факто такое право получил — через американский переговорный механизм. Судьба Ливана теперь в значительной степени завязана на переговорах между Вашингтоном и Тегераном. Суверенитет слабого ливанского государства в очередной раз стал разменной монетой.
И это тактическая победа Ирана — не потому, что Тегеран силен, а потому, что он умело играет на асимметрии: способность «Хезбаллы» создавать постоянную угрозу Израилю как рычаг давления на США.
Почему же Трамп принял эту игру? Ответ — прежде всего в экономике. После серии ударов по Ирану в начале 2026 года даже угроза закрытия Ормузского пролива резко взвинтила мировые цены на нефть. В США бензин подорожал на полтора доллара за галлон. Это бьёт по карману американских избирателей и создаёт серьёзные риски для республиканцев на предстоящих промежуточных выборах. Трамп не может позволить себе длительный период высоких цен на топливо. Его база требует не бесконечной войны, а конкретных результатов — дешёвого бензина и снижения инфляции.
Большая сделка с Ираном — если она будет заключена — позволит ему заявить, что он сделал то, чего не смог Обама: заставил Иран пойти на уступки без бесконечных американских военных обязательств. Это идеально впишется в принцип «America First».
Пока все читали заголовки
3 июня 2026 года в крепости Бофор состоялась церемония смены командира бригады «Голани». Новый командир — полковник Аюб Каюф. Фотографии опубликовал ЦАХАЛ. Официальные речи, строй, знамёна над древними камнями.
Это не просто военный ритуал. Это месседж: Израиль не «занял» Бофор — он там обустраивается. Меняет командиров. Живёт.
В тот же день, пока весь медийный эфир был заполнен обсуждением крика Трампа и уступок Нетаниягу, произошло ещё несколько событий, которые не попали в заголовки — или попали мелким шрифтом.
-
США, Израиль и Ливан выпустили совместное заявление. Бейрут осудил Иран, признал «Хезбаллу» угрозой и подписался под тем, что ливанская армия возьмёт юг страны под контроль, а боевики отойдут за Литани.
-
«Хезбалла» под документом не подписывалась. Уходить не собирается.
-
Иран нанёс удар по аэропорту Кувейта. Один погибший, 63 раненых, аэропорт закрыт. Кувейт выслал иранских дипломатов. Саудовская Аравия осудила. ОАЭ призвали арабский мир сплотиться.
-
Конгресс США принял резолюцию: Трамп должен либо отвести войска от Ирана, либо получить санкцию Конгресса. Трамп может наложить вето. Жест символический — но сигнал есть.
-
«Хезбалла» опубликовала видео с FPV-дрона с тепловизором, облетающего Бофор ночью. Ответ на церемонию смены командира: «мы здесь тоже есть».
Совместное заявление США–Ливан–Израиль — красивый документ. В нём правильные слова о суверенитете, контроле над границами и мире. Проблема одна: главный субъект договорённости — «Хезбалла» — за стол не садилась и текст не подписывала. Декларация без субъекта исполнения — это не мир. Это меню без кухни.
Удар Ирана по Кувейту говорит о другом. Тегеран, которого Трамп «укрощал» ради переговоров, одновременно бьёт по аэропорту арабского союзника США. Это не поведение партнёра по сделке. Это поведение игрока, который ведёт сразу несколько партий и не считает нужным останавливаться ни в одной из них.
В итоге картина выглядит так.
-
Трамп получил нарратив миротворца — и отдал Ирану рамку переговоров по Ливану;
-
Нетаниягу получил репутационный шум на один цикл — и сохранил Бофор, юг Ливана и открытую дверь по Бейруту;
-
Иран получил легитимацию своих интересов в Ливане через американский переговорный механизм — и продолжает давить по всему региону;
-
Ливан получил красивое совместное заявление — и снова стал предметом чужих договорённостей.
Война текстов
Война сегодня — это в значительной степени война текстов. Реальные события скрыты за ярким медийным скандалом.
-
Читатель видит крик в заголовках — и не видит церемонию смены командира в Бофоре.
-
Видит «уступку» — и не видит, что Израиль уже обживается на новых позициях.
-
Видит совместное заявление — и не замечает, что под ним нет подписи тех, кто с оружием в руках определяет реальность на юге Ливана.
Вопрос, который остаётся после этого эпизода: кто в следующий раз первым прочитает текст за шумом? И кто окажется в лучшей позиции, когда дым рассеется — тот, кто громче кричал, или тот, кто молча сменил командира в древней крепости над рекой Литани?
Автор — постоянный колумнист «Сегодня», востоковед-иранист, аналитик Центра стратегических исследований Бегина-Садата (BESA, Университет Бар-Илан), PhD.
Гершон Коган
Источник: https://segodnya.co.il/
Публикации, размещаемые на сайте, отражают личную точку зрения авторов.
dostoinstvo2017.ru
