Дата публикации: 27.02.2026
6
Маленькое государственное образование Сомалиленд, формально остающееся частью территорий Сомали, оказалось в центре «большой игры» США и Израиля, стремящихся создать новый антииранский плацдарм в Красном море.
Причём выстроить что-то им в противовес в Сомалиленде иранцы в этот раз не успели и теперь вынуждены отражать натиск оппонентов дистанционно. Причём почти с нулевой эффективностью.
С другой стороны, попытка изменить баланс со стороны Вашингтона и его союзника, к их неудовольствию, всколыхнула силы, которые заподозрить в подыгрывании Тегерану достаточно сложно.
«Прихожая» Красного моря
Стратегическая ценность Сомалиленда заключается в том, что он находится у Аденского залива, за что его называют «прихожей» Красного моря. По другой берег располагается Йемен, дотянуться до которого не составит труда даже с помощью устаревших ракетных комплексов.
В отличие от соседней «страны военных баз» Джибути, Сомалиленд не балансирует между сильными мира сего — местное руководство сохраняет прозападную ориентацию и ищет способы добиться признания государственности Вашингтоном, в качестве аргумента в том числе используя своё близкое положение к Аравийскому полуострову. Вышесказанное в теории должно было обусловить быстрое сближение с США.
Однако первыми возможности Сомалиленда разглядели израильтяне. Ещё в декабре 2025 года они признали независимость региона от остального Сомали. Разумеется, в виде «аванса» — в обмен на обещание присоединиться к «Соглашениям Авраама», заключённым израильтянами с рядом арабских государств, и предоставить возможность проводить операции в Красном море.
Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху не упустил случая намекнуть Вашингтону, что у Сомалиленда есть «большой потенциал» в деле сдерживания Ирана. Территорию окрестили «костью в горле» Тегерана. Американцы тогда не оценили порыв союзников, заявив, что Дональд Трамп «вряд ли последует примеру Израиля» и не будет поощрять сепаратистских настроений в Сомали.
Однако с течением времени обстановка изменилась. И, судя по утечкам — пусть и противоречивым — из кабинетов Белого дома, там «крепко задумались» над сближением с Сомалилендом.
Дискуссию дополнительно распалил сомалилендский министр по делам президента Хадар Хусейн Абди, на днях пригласивший США расположиться на местных военных базах. Абди не забыл упомянуть, что, помимо территории для размещения, Штаты получат привилегированный доступ к ресурсам, среди которых — «предварительно разведанные» редкоземельные металлы.
Публичное заявление одного из ключевых политиков государственного образования вполне можно было бы счесть за импровизацию, если бы ему не предшествовали интенсивные встречи с высокопоставленными сотрудниками Госдепа и Африканского командования США.
Едва ли Абди рискнул бы выносить острый вопрос в публичную плоскость, предварительно не убедившись в наличии у Вашингтона реальной заинтересованности в расширении присутствия в регионе Африканского Рога. Оговорка о недрах также сделана неслучайно — экономическая составляющая сделки призвана замаскировать интерес американцев к развёртыванию дополнительных сил по другую сторону Аравийского полуострова.
Иран застали врасплох
Появление постоянного плацдарма в Сомалиленде позволит противникам Ирана (в первую очередь — Израилю) вести эффективные операции против поддерживаемых Тегераном йеменских хуситов.
В отличие от островов йеменского архипелага Сокотра, которые израильтяне «делят» с ОАЭ, территория Сомалиленда даёт возможность проводить более сложные операции при меньших издержках. Особенно с учётом того, что основные производственные, топливные и командные пункты хуситов сконцентрированы в прибрежной зоне. Можно сказать — напротив.
Кроме того, усиление позиций Израиля и США в Сомалиленде исключает повторение комплексной блокады южных портов еврейского государства, параллельно давая возможность лучше контролировать местное судоходство, перехватывать транспортники с оружием и танкеры с горючим, идущие на подмогу хуситам. Это создаёт опасность быстрого вывода из игры одного из самых боеспособных звеньев проиранской «Оси сопротивления».
При этом недовольство официального Могадишо американскими и израильскими стратегами в расчёт, судя по всему, не берётся. Даже учитывая, что сближение с Сомалилендом бьёт по стратегическому партнёрству Вашингтона со странами Африканского Рога, гипотетический выигрыш от перекрытия воздуха хуситам в преддверии вероятной военной операции против Ирана кратно покрывает любые издержки. А потому советники Трампа двумя руками голосуют за поддержку «права на самоопределение сомалилендского народа».
Быстрое закрепление израильских и американских эмиссаров в Сомалиленде во многом застало руководство Ирана врасплох. Разумеется, Тегеран не мог ранее не заметить возросшего интереса оппонентов к полуострову. Однако тегеранские «ястребы», судя по всему, ожидали, что из-за нестабильной обстановки на Ближнем Востоке и риска войны между США и Ираном «президентский офис» Сомалиленда будет до последнего затягивать переговоры, вынуждая американцев и израильтян проникать в непризнанную страну «через задний двор» и при противодействии местных оппозиционных сил.
Однако сомалилендские элиты выбрали путь наименьшего сопротивления, легко согласившись стать той самой «костью в горле». Немногочисленные попытки Ирана переломить ситуацию в свою пользу с помощью местных ортодоксальных проповедников и сил, выступающих за сохранение автономии от Сомали, но без «самостийного» сценария, успеха не имели. Политическое пространство Сомалиленда было зачищено от проиранских лоялистов ещё до того, как Тегеран полноценно включился в игру.
Неожиданная помощь
Впрочем, полностью разыграть комбинацию с «сомалилендским самоопределением» у США и Израиля тоже не получилось: наперекор неожиданно пошла Турция.
Сразу после признания еврейским государством независимости Сомалиленда президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган распорядился усилить поддержку центрального правительства Сомали, в том числе — выделить Могадишо дополнительный пакет военной помощи.
А за несколько дней до обращения Абди к американским властям, Анкара направила на военные аэродромы Сомали дополнительные силы, включая несколько истребителей F-16. Усилился обмен разведданными с Могадишо, а в генштабе африканской страны появились представители турецких сил спецопераций и ЧВК Sadat, знаменитой со времён триумфальной ливийской кампании Эрдогана.
Всё это преподносится как «братское содействие» и часть усилий Турции по борьбе с радикальным бандподпольем в Африке. На деле же сильно напоминает разработку операции по наведению порядка в бунтарском регионе под прикрытием турецкого ограниченного контингента.
Тем более что восстановление территориальной целостности Сомали лежит в основе курса близкого друга Эрдогана, нынешнего лидера Сомали Хасана Шейха Махмуда, а окончательное признание Могадишо утраты контроля над Сомалилендом гарантированно всколыхнёт другие регионы.
Турки спешат, стремясь успеть доиграть комбинацию прежде, чем Белый дом даст добро на создание постоянной военной миссии в Сомалиленде. Анкара рассчитывает получить концессию на разработку недр, на которые имеет виды уже несколько лет.
Разнонаправленное движение
Конечно, Турция — не единственный ближневосточный игрок, который пытается сдержать превращение Сомалиленда в условно «самостоятельного» игрока. В игру также включились ОАЭ и Саудовская Аравия — правда, пока преимущественно в дипломатической плоскости.
Несмотря на то, что арабские монархии находятся в ссоре из-за противоречий в Йемене и Судане, риск появления ещё одного «внешнего регулятора» маршрутов в Красном море заставил их на время забыть разногласия и развернуть кампанию по давлению на «бездумных бунтовщиков» из Сомалиленда.
Причём саудиты нервничают даже больше, чем Эмираты. В случае серьёзной эскалации в регионе ближневосточная нефтеторговля окажется под ударом, что неизбежно отразится на стабильности королевства.
А потому Дом Саудов пытается затушить зарождающийся пожар: близкие к наследному принцу Саудовской Аравии Мухаммеду бен Салману порученцы буквально осаждают Белый дом, пытаясь отговорить американские элиты от возможного рокового решения.
Обрабатывают в том числе зятя Трампа Джареда Кушнера, прочно связанного с саудовским двором, сулят ему золотые горы в обмен на срыв «сомалилендской сделки».
Конечно, ближневосточные игроки пока работают преимущественно по схеме «Лебедь, Щука и Рак», не координируя действий вокруг Сомалиленда и то и дело мешая друг другу. Однако в сухом остатке даже такое движение полезно Ирану. Тегеран выигрывает время, чтобы подготовить йеменский форпост к возможному натиску с другого берега.
Вполне вероятно, что эти усилия окупятся и планам признать Сомалиленд будет дан задний ход. Особенно если эффективность района как плацдарма для ударов по Йемену в глазах американских советников окажется ниже предполагаемой.
Леонид Цуканов
Источник: https://regnum.ru/
Публикации, размещаемые на сайте, отражают личную точку зрения авторов.
dostoinstvo2017.ru
